среда, 16 октября 2013 г.

Анатолий Мошковский. "Семь дней чудес"

Глава 7
НЕ ПОДДАВАТЬСЯ ЖАЛОСТИ!

    Сразу бежать к Вове он не решился: его мама наверняка была еще дома. Как при ней возьмешь лайнер?
      Боря побежал к Вовиному подъезду, вспрыгнул на деревянную оградку – она закачалась, затрещала – и оперся о большой старый тополь, росший против Вовиных окон. Если забраться на толстый нижний сук, видно все, что делается в их квартире, расположенной в цокольном этаже.
   Боря схватился за сук, но тут, как назло, появилась тетя Феня – дворничиха в белом фартуке, с метлой в руках.
    – Хочешь доломать заборчик? – Она замахнулась метлой.
    Боря всегда боялся ее, но сейчас, когда он дал клятву…
    – Он крепкий еще! – крикнул он, – И я на минуту.

   Боря вскарабкался на сук и посмотрел в окна Вовиной квартиры – к одному из них была пристроена кормушка для птиц. Он увидел, как снует по комнатам синяя косынка Вовиной мамы, как Вова кормит рыбок в большом аквариуме, стоящем на окне: зеленые водоросли, темный гротик и золотые искорки рыбок… Скорей бы его мама уходила!
   Наконец ее мятущаяся косынка исчезла, и Вовина мама появилась в дверях подъезда с хозяйственной сумкой.
    Боря слез с сука, поднял с земли мяч, подождал, пока Вовина мама исчезла за углом дома, еще подождал минут пять – вдруг вернется, вдруг забыла что-то дома? – и бросился в подъезд. Он ни разу не был у Вовы: звери и птицы мало волновали Борю, а к его брату, волшебнику, чьи руки творили такие чудеса, страшно было даже подойти, и Боря только издали смотрел на него с завистью и восхищением…
    У Вовы, который открыл ему, в руке был пакетик с дафниями: он кормил рыбок. При виде Бори лицо его чуть насупилось.
    – Ты зачем? – спросил он.
    – Дай лист бумаги, – вежливо, подчеркнуто вежливо попросил Боря, потому что с этого дня он должен быть очень хитрым; вдобавок ко всему он широко улыбнулся, входя в комнату, хотя Вова не приглашал его войти.
    И тотчас, только Боря вошел, в нос ударил острый запах зверья, водорослей, земли и птичьего помета. Под ноги ему, прихрамывая, с лаем покатился рыжий щенок, и Боря в панике вскочил на стул – еще укусит!
   – Не бойся, Лай добрый. – Вова взял щенка на руки и стал поглаживать его густую дворняжью шерсть.
     Потом в Борю стрельнул со шкафа рябым перышком воробей.
     – Тот самый? – спросил Боря.
     – Ага.
    И Боря вспомнил, как во время урока Вова, сидевший у окна, внезапно, как ненормальный, сорвался с места, чтоб отобрать у мальчишек воробья, которого они мучили на улице. И отобрал, и принес – у воробья было перебито крыло. И Анна Дмитриевна, учительница арифметики, даже похвалила Вову.
     Вдруг по полу, наискосок, сердито топая, что-то пробежало.
     – Ой! – вскрикнул Боря.
     – Ежика не видел? – засмеялся Вова.
    Боря крутил головой и оглядывался. Из клеток, подвешенных у окна, попискивали какие-то птички, в аквариуме, как трассирующие пули, носились красные и голубые рыбки, а рядом с ним, в террариуме, медленно двигалась черепаха в панцире, похожем на футбольный мяч, сшитый из кусков…
    – Да у тебя тут настоящий зверинец, – сказал Боря. – Ну и парень ты!
   – Это еще не все. Хочешь, покажу…
   – Я верю, не надо, – заторопился Боря. А где все мастерит Гена?
   – Там у него свое КБ. – Вова кивнул куда-то через стенку и пояснил:
   – Конструкторское бюро.
   – Дай лист бумаги.
   Боря извлек из внутреннего кармана куртки толстенную ручку, нажал рычажок и, не отводя руки от бумаги, мгновенно нарисовал черта с рожками – черт был красный. Затем рядом с ним появился точно же черт, только зеленый, а потом – синий.
     – Не нравится? – Боря посмотрел ему в глаза.
    – Но я ведь сказал… – опять начал Вова, но тут Боря бросил на пол тугой мяч, и он весело запрыгал по паркету.
   – Знаешь, сколько он стоит? И покрышка из синтетики – не порвется, даже если на гвоздь…
   – Да все равно… Не могу я, и все…
   – Ну хорошо, я ведь не заставляю, – сказал Боря, – только покажи мне его еще раз. Я не успел как следует рассмотреть руль…
   Вова достал с этажерки знакомую коробку. Боря вытащил из нее ангар и через прозрачную крышу увидел лайнер. Стоял он важно и тихо. Боря смотрел на него, а видел ту маленькую подводную чудо-лодку, которая таинственно уходит под воду, и никто, кроме ее командира, не знает, откуда и на какую высоту она выстрелит настоящей, только маленькой, баллистической ракетой…
   – Ну чего ты так держишься за него? – спросил Боря. – Точно скряга, точно жадина… Подумаешь, ценность какая! Не думал я, что ты такой… – Боря спрятал ангар в коробку. – Хорошо, что с тобой поделаешь, завтра же принесу того щенка и еще ремешок с ошейником…
   – Правда? – Вова заглянул ему в лицо, доверчиво тараща свои наивные, совершенно цыплячьи глаза.
    – Правда. – Боря взял коробку с лайнером и пошел к выходу.
    Вдруг Вова вцепился в его куртку:
   – Постой, не уходи!
   – Чего тебе? – быстро спросил Боря. – И не рви, пожалуйста, мою куртку!
   – Я раздумал, – сквозь слезы сказал Вова. – Ты не принесешь, а лайнер не только мой…
   – Уговор дороже денег! – ответил Боря. – На дохлого, можно сказать, попугая сменял лодку, а я даю тебе здорового, породистого добермана…
   – Ты только обещаешь! Не хочу! – Вова еще крепче вцепился в него, но Боря силой отцепил его пальцы от куртки, ринулся к наружной двери и захлопнул ее.
   – Отдай, отдай! – закричал Вова. – Я не хочу! – и колотил кулаками в дверь, которую с лестничной площадки держал Боря.
    Вот как получилось… Что ж теперь делать? Отдать? Надо отдать – ведь плачет…
    Нет, нельзя. Нельзя отдавать.
    Нельзя поддаваться жалости…
    Ни за что!
    – У Глеба проси теперь лайнер! Понял?
    Вова сразу притих и перестал давить на дверь. Боря отскочил от нее и бросился из подъезда.

Глава 8. Хитрый глаз.

Комментариев нет: