суббота, 26 октября 2013 г.

Анатолий Мошковский. "Семь дней чудес"

Глава 10
БЕРЕГИСЬ, АНДРЕЙ!

    Но странное дело: чем ближе подходил Боря к его дому, тем медленнее двигались ноги. Точно и не было у него Хитрого глаза. Как бы не стукнул, и приборчик не отобрал, и лодку.
  Боря в нерешительности походил возле его подъезда. Повздыхал. Постоял. Опять походил, удаляясь и возвращаясь, набираясь смелости. Эх, будь что будет!
   Он судорожно, почти зажмурясь, шагнул в подъезд.
   Лифт доставил его на девятый этаж. Став к двери так, чтоб Хитрый глаз не смотрел на квартиру, Боря позвонил. Открыл сам Андрей.
   – Ах, это ты! Сам пожаловал? Ну-ну, и даже с лайнером!
   От его улыбки Боря почувствовал дрожь, он хотел уже броситься назад, но сдержал себя: стоп! У него ведь есть Хитрый глаз.
   – Да, это я! – громко, даже с вызовом сказал Боря. – И знай: я больше не боюсь тебя! Ни тебя и никого другого в классе! Андрей схватил его за плечи и рывком втащил в комнату.

   Боря ощутил железную хватку его рук и скривился от боли. И все же он крепился. И держался боком. И не поворачивался к Андрею карманом.
   – Я тебя предупреждал! – сказал Андрей. – Это бесчестно – выменивать у Вовы такие вещи…
   Боря стиснул зубы – не трусь! – и ответил:
   – А мне какое дело? Дуракам закон не писан…
   – Сейчас мы пойдем к Вове, и ты вернешь ему лайнер… Это ведь нечестно!
  – А мне плевать! – И, приказывая себе: «Смелей!», и выбирая слова, чтоб посильней отомстить за все свои страдания, добавил:
   – Не хочу возвращать! Вова сам отдал мне его… И знаешь за что?
   Андрей подозрительно смотрел ему в глаза. Конечно, он недоумевает: как это он, Боря, который всегда ниже травы, тише воды, посмел явиться к нему и так храбро держится в его же квартире!
   – За что?
   И, не дожидаясь ответа, Андрей провел его в смежную комнату – в первой за столом что-то писал его отец, это было неприятной неожиданностью для Бори – днем и дома! – но он и вида не показал, что боится.
   – За дешевенький мяч, за грошовую авторучку и… И еще знаешь за что?
   Андрей пристально смотрел на него.
   – За псиный дух! – выпалил Боря и принужденно засмеялся.
   Андрей не спускал с него глаз.
   – Да, да, – продолжал Боря, собирая все свои силы и всю свою обиду на Андрея. – Я пообещал ему щенка добермана-пинчера, и он, дурачок, поверил…
   Но странное дело – Андрей все не взрывался.
   – Сейчас же клади на стол лайнер, – спокойно сказал он. – И мы пойдем к Вове.
   – Никуда я не пойду, – бросил он, стоя по-прежнему чуть боком к Андрею. – И не оскорбляй меня, а то возьму и стукну.
   Андрей остолбенел.
   – Ты.., ты… – Он даже побледнел.
   – Я! – отрезал Боря.
   У Андрея прямо выпучились глаза:
   – Ты?.. Меня?..
   Андрей стремительно схватил его за грудки и так тряхнул, что зубы у Бори громко клацнули. Андрей повернул его лицом к себе, и Боря почувствовал, что в то же мгновение пальцы его разжались, на лице появились изумление и растерянность, а зрачки медленно расширились. И волосы начали подниматься.
   Андрей стал отступать от него, озираться, кусать губы. Потом плечи его вздрогнули. Он моргнул.
   – Ну и фрукт же ты! – выдавил Андрей, а сам все отступал от стола.
   – А кто боится фрукта? И ты знаешь, что в коробке уже лодка? Я выменял ее у Глеба…
   – Уйди, – шепнул Андрей.
   И все же он вел себя не так. Не так, как хотелось Боре. Он упрямо сопротивлялся Хитрому глазу, словно тот и не был всемогущим.
   – А я пойду на экскурсию в аэропорт? – спросил Боря, наступая на Андрея.
   Ни слова.
   И под Хитрым, под всесильным глазом Андрей молчал!
   – Ты скажешь или нет?
   – Уйди… Уйди отсюда, – шептал Андрей и с нелепо торчащими вверх волосами все отступал от Бори.
   – Что там происходит? – спросил из соседней комнаты, вставая и двигая стулом, отец Андрея.
    И вошел к ним.
   Он был громадный, в синей форме с золотыми галунами гражданского флота, с такими же, как у сына, широкими, насупленными бровями. Из-под них смотрели глаза. Светлые, смелые, веселые… Вот кому подражал Андрей! И так же хмурился, и так же медленно носил крепкие плечи, и даже превратил свои веселые глаза в холодные острые пули… Боря ни разу не видел его отца так близко – он видел его в школе с первого ряда актового зала на торжественном праздничном собрании, где отец Андрея был среди гостей и рассказывал о своем последнем беспосадочном перелете в Австралию – знойную кенгуриную страну, – а потом в пингвинью Антарктиду… Ох и интересно было, ох и хлопали ему!
   А теперь он шел прямо на Борю!
   Коленки у Бори ослабли от страха, по спине побежали мурашки… Сейчас, сейчас схватит он его за шиворот и выставит из квартиры! И, сам не понимая, что он делает, думая лишь о том, чтоб не зареветь, Боря повернулся к нему, и теперь отец вместе с сыном – это Боря понял чуть попозже – попали под Хитрый глаз.
   Отец Андрея остановился, плотные, черные с седыми искорками волосы его встали копной. Он удивленно поднял брови, провел рукой по глазам, будто пытался снять с них невидимую, мешавшую смотреть пелену. Потом усталым движением прикрыл ладонью глаза, точно хотел защититься от ярких, беспощадно прямых лучей солнца.
   – Что здесь происходит? – опять спросил он.
   – Н-н.., ничего особенного! – даже стал заикаться Боря. Он мечтал об одном: поскорей удрать отсюда.
   – Нет, здесь что-то не так… И ты.., ты чего весь трясешься? – спросил у него отец и осекся, и лицо его исказилось, словно ему стоило больших сил бороться с чем-то огромным и цепким, навалившимся на него.
   И вместе с Андреем он попятился в другую комнату, а Боря, воспользовавшись замешательством, скользнул в переднюю и, крепко сжав под мышкой коробку с лодкой, выбежал из квартиры.

Комментариев нет: